Category: фантастика

Category was added automatically. Read all entries about "фантастика".

crow

Юджин Такер, В пыли этой планеты

Образцовой фигурой живых мертвецов является, конечно, зомби. Его аллегорический
тип менялся с течением времени, но чаще всего это восстание низших классов
(рабочий класс, толпа, просто людские массы — все они представлены в фильмах
Ромеро). Зомби могут проявлять себя различными способами — и как множество
«Земле мёртвых» Ромеро, и как заражение «Зомби» Фульчи. Определяющий
метафизический принцип у зомби — это плоть.

Для нежити, напротив, обратной фигурой является вампир. Его аллегория – это
не восставший рабочий класс, а разлагающаяся упадническая романтическая
аристократия (что стало сразу очевидно, начиная с романов Стокера). Вампир
проявляет себя в метаморфозах человека и зверя (летучие мыши, крысы, псы),
а так же органический и неорганической природы (мгла, туман). Хотя эти
метаморфозы указывают на почти-бессмертие и бесконечную изменчивость, вампира
преследует смерть – иногда как угроза, иногда как обещание. Метафизический
принцип вампира – кровь.

Демон представляет собой сплав материального и нематериального; его
образцовая фигира сама является сплавом демонической одержимости –
мечущимся гибридом человеческого тела и демонической души. Аллегорией
демона чаще всего выступает представитель среднего класса или буржуа,
который страдает от болезни, как это наглядно изображается в ренессансных
историях об одержимости или в фильмах вроде «Изгоняющий дьявола», 1973.
Будучи посредине, демон совмещает и самое возвышенное и самое низменное,
превращая человека в зверя, а зверя – в божество. Метафизический
принцип демона – мясо.

Наконец, фантом, чьей образцовой фигурой выступает привидение, или
призрак. Если три предыдущие фигуры связаны с аллегорическими моделями,
отражавшими классовую динамику (зомби – рабочий класс, вампир –
аристократия, демон – буржуазия), то призрак связан с таинственным и
неведомым источником после-жизни – областью духа, души или, в секулярном
смысле – памятью. Несмотря на свою нематериальность, духи проявляют
себя различными способами: либо через медиумов-спиритов, либо изменяя
предметы в физическом мире, либо с помощью знаков и предзнаменований.
Метафизический принцип признака – дух.

Подобные обобщения всегда имеют свои ограничения. Ho необходимо
отметить, что в каждом случае мы имеем такую форму жизни, которая
в то же время отвергает «саму жизнь» ради некой формы после-жизни.
Каждая из этих фигур в буквальном случае является живым противоречием.
Зомби – это одушевленный труп, вампир – это разложение бессмертия,
демон – одновременно сверхъестественное существо и низменный зверь,
а призрак существует только через материализацию своей нематериальности.

В каждом случае форма после-жизни приводит к понятию жизни, которое
образовано посредством привации, или отрицания, «жизнь-минус-нечто».
Основные понятия плоти, крови, мяса, и духа, разработанные
Аристотелем (и Гиппократом), парадоксальным образом оказываются
живыми без жизни. В этом смысле ужас выражает логику несоизмеримости
между Жизнью и живым.
crow

АУТОПСИЯ МАРИОНЕТОК:

АНАТОМИЯ СВЕРХЕСТЕСТВЕННОГО

Атмосфера

Миллиарды лет должны были пройти после образования Земли, прежде чем ее
атмосфера стала ... атмосферной. Данный переход смог случиться только
после дебютного выхода на сцену сознания - матери всех ужасов и связующей
атмосферной среды. В наших телах, увязших в нечистотах этого мира, появилось
новое качество, спровоцировавшее зарождение других миров, невидимых онтологий,
просочившихся в явления. С этого момента мы стали способны ощущать присутствие
вещей, недоступных нашим физическим чувствам. По мере расширения сознания росла
сфера наших страхов. Под прикрытием атмосферы, казалось, вырастала другая
сторона царства того, что мы знаем, или думаем, что знаем. Глядя на
тени в лунном свете и слыша шелест листьев на ветру, наши предки наделяли
эти знаки и звуки опасным воображаемым смыслом. Сформировавшаяся в конце
концов атмосфера предвещала ужас, но и использовала ужас как свою питательную
среду. Литература ужасов не стала бы возможной без подобного альянса.
По мере того как зрели и множились жанры литературы ужасов, параллельно
происходило углубление их атмосферы, по преимуществу среди величайших
авторских имен этого жанра. Для подобных авторов атмосфера их произведений
так же уникальна, как подпись или отпечатки пальцев. Это легко узнаваемый
маркер определенного типа сознания, вырастающего из смеси эмоций, чувств,
воспоминаний, и тому подобного, всего того, что создает личность и предопределяет
то, что эта личность сможет выразить, став художником. Так Лавкрафт в
1935 году писал по этому поводу Кэтрин Л. Мур, рассуждая о сущности страшных историй:

«Если рассказ претендует быть подлинным искусством, он должен в первую
очередь выполнять кристаллизацию символов определенного человеческого
настроения – но не путем перечисления цепочки событий, поскольку вовлеченные
«события», как правило, вымышленные и невозможные. Такие события должны выступать
некой вторичностью – первой же должны идти атмосфера.
Все подлинное искусство должно быть неким образом связано с истиной, и в
случае искусства ужасов акцент следует направлять на единственный фактор,
представляющий собой истину – и, конечно же, не на события (!!!), а на настроение
напряженной и бесплодной человеческой устремленности, типично характеризуемой
притворным ниспровержением космических законов, и притворным же превосхождением
возможностей человеческого опыта». (выделено Лавкрафтом)

Collapse )